«

»

Окт 17

Дряхлеющие элиты старят Россию — Росбалт

Те, кто сегодня управляет страной, в большинстве давно перешагнули 60-летнюю возрастную отметку. Они многого в современном мире не понимают, да и не считают нужным вникать. Как все это сказывается на политике, на нашем будущем?

Марина Литвинович, политолог, правозащитник:

«Если посмотреть средний возраст управляющей политической и экономической элиты в стране — то мы увидим, что это поколение 1950-1960-х годов рождения. Примерно путинское поколение и „плюс-минус“ от него. При этом у нас нет никаких механизмов ротации элит и не работает институт выборов.

Из-за того, что сложилась система, когда принято назначать на управленческие посты каких-то родственников и знакомых, — не происходит обновления элит.

Одновременно не работают социальные лифты, которые позволили бы людям младшего возраста достигать каких-то управленческих высот. Здесь, действительно, я бы согласилась с оценкой, что правит геронтократия.

Но все-таки сейчас появились и молодые люди, однако насколько они мыслят иначе, сказать сложно. Пока факт в том, что они следуют правилам игры, которые установлены геронтократами, и потому они похожи на геронтократов.

Ротации не случается, и доходит даже до смешного. Это хорошо было заметно во время трансляции с заседания комиссии Совета Федерации, которая занималась вопросом об иностранном вмешательстве в российские выборы. Показательно, что все рассуждения людей и их представления о научно-техническом прогрессе и современных средствах коммуникации глубоко несовременны. То есть люди до сих пор не очень хорошо понимают, по каким принципам работает интернет, не очень осознают, как работают социальные сети, и вообще не очень-то понимают, как устроен современный мир. Поэтому их оценки часто лишены здравого смысла, и не зря молодые люди просто смеются над высказываниями, которые доносятся из Совета Федерации или Госдумы».

Григорий Юдин, социолог, кандидат философских наук:

«Есть два влияющих фактора. Один связан с объективным биологическим возрастом самих элит. Легко заметить, что средний возраст этих людей обычно — хорошо за 70 лет. Но это не проблема, потому что люди, независимо от возраста, ведут себя по-разному. Факт в том, что вместе с ними вся политика закостеневает в том стиле, который был установлен где-то в начале 2000-х годов. И это значительно сдерживает любую политическую активность в России, потому что огромное количество людей не хочет иметь ничего общего с политикой, построенной какими-то динозаврами.

Это было заметно уже не раз, но, например, мы могли наблюдать такие ситуации наглядно во время недавних выборов в Москве и Санкт-Петербурге. Видно, что когда появляются возможности какой-то нормальной горизонтальной политики — политики участия и вовлеченности, — большое количество молодых людей готовы в ней участвовать.

Проблема с элитами в том, что они эту политику не чувствуют, не знают, не понимают. И они, в общем, опираются на примерно одни и те же группы, на своих ровесников, которые, разумеется, являются точно такими же гражданами России, но в политическом пространстве избыточно перепредставлены.

В результате мы имеем ситуацию, когда есть „ядерный электорат“, который можно мобилизовывать на выборы и который фактически заполняет собой все российское политическое поле, в то время как все остальные вынуждены сидеть в сторонке, мягко говоря, одуревая от того, что они наблюдают — это не соответствует никакому политическому стилю, который сегодня существует в странах, куда люди ездят и видят.

Очевидно, что есть раскол в электорате между теми, кто потребляет информацию только из телевизора — то есть имеет моноканальное потребление, и теми, у кого много каналов потребления. И это коррелирует с разделением по возрасту. Люди в более старшем возрасте увлечены телевидением. Они привыкли к соответствующему политическому стилю. И проблема в том, что вся сегодняшняя социальная политика — с ее партийными деятелями, со всеми этими главами парламентских партий, которые находятся в глубоко пенсионном возрасте — это стиль официоза и начальства, ориентированный на эту — очень большую — группу.

Элиты и их „ядерный электорат“ общаются с теми, кто им более комфортен. Стандартная политическая кампания на любых выборах — это кампания, которая ориентирована на людей пенсионного и предпенсионного возраста. Даже в разговоре, как правило, человек показывает, что близок к начальству, говорит в каком-то официозном формате, надев на себя костюм с галстуком. Этот образ близок одной, совершенно конкретной категории населения, хотя для всех остальных он выглядит крайне непонятно. Из-за этого мы и имеем такое однообразие в текущей ситуации».

Дмитрий Гудков, политик:

«Когда ничего не меняется, когда нет никакой конкуренции — вот что такое на самом деле диктатура. И не важно, кто там в каком возрасте. Трамп даже старше Путина. Дело не в их возрасте, а в том, что власть не меняется.

Это означает, что все решения принимает один человек или какая-то „команда друзей“, которая в отсутствие конкуренции перестала мыслить прогрессивно и действует старыми методами. Она не меняется, потому что ей не нужно меняться — она и так у власти. Ей не нужно выигрывать выборы, ей не нужно придумывать какие-то современные методы управления. Вот они и правят в XXI веке методами XX-го.

Главная проблема диктатуры — нет возможности сменить власть, отсутствия конкуренции, а не возраст элит.

А появившиеся „молодые технократы“ — просто приспособленцы. Они адаптируются к тем условиям, которые для них созданы. Это не значит, что при изменении ситуации они не способны будут чем-то управлять. Может, и способны. Просто правила игры сформировали элиты, которые застряли где-то в 90-х годах».

Дмитрий Ремизов

Источник: rosbalt.ru

Добавить комментарий