«

»

Авг 04

Как можно заработать на экспорте бездомных животных

Поставки кошек и собак из России в европейские страны под видом «усыновления» порой оказываются прибыльным бизнесом, отмечают СМИ.

История о собаке по кличке Бэлла, сбежавшей во время транспортировки к самолету в аэропорту Шереметьево, вызвала неожиданно широкий общественный резонанс. Соцсети переполнены негодующими постами и требованиями призвать к ответу служащих аэропорта, работников авиакомпании и даже зоозащитников.

По данным новостных изданий, полугодовалый щенок потерялся во время погрузки в самолет. Активист зоозащитного движения Карина Арабаджанц привезла в аэропорт четырех собак в специальных пластиковых клетках. Но перед посадкой выяснилось, что одна из них — Бэлла — пропала. Поиски ничего не дали, и рейс «Аэрофлота» доставил в Берлин только трех российских дворняжек. А сбежавший щенок, как выяснилось позже, попал под автомобиль неподалеку от аэропорта и был похоронен на обочине шоссе.

История Бэллы стала суперпопулярной буквально за считанные часы. Огромное количество постов и перепостов в соцсетях, сообщения в интернет-СМИ и сюжеты телекомпаний наперебой рассказывали о бедном щенке, погибшем буквально на пороге немецкого рая, в котором даже собакам гарантированы достойное существование и европейский комфорт. Но так ли это на самом деле? Редакция «Свободной прессы» решила разобраться в том, что ждет бездомных российских собак и кошек в благополучной Европе.

Прежде всего нужно сказать, что практика вывоза бездомных животных из России в Германию в последние годы получила очень широкое распространение. Множество благотворительных фондов и зоозащитных организаций участвуют в программах переселения неудачливых домашних любимцев — собирают деньги на билеты, ищут попутчиков, которые доставят их на новую родину и, конечно же, пытаются обеспечить им там любящих и заботливых хозяев. Так, во всяком случае, все это выглядит со стороны.

Первые сомнения в блестящем будущем собак-эмигрантов закрадываются после знакомства с реалиями современной немецкой жизни. «У нас только в Баварии около 400 собачьих приютов. И все они переполнены, — рассказывала несколько лет назад известная общественная активистка и журналистка Оксана Антич-Миллер. — А за содержание собаки в домашних условиях надо платить 100 евро в год. Многие немцы отказываются от питомцев. И государство тоже сокращает расходы на приюты. Мы сами не знаем, что делать со своими собаками». Глобальный экономический кризис еще более усугубил ситуацию, так что с детства приученные считать деньги немцы несколько раз подумают, прежде чем завести четвероногого друга. И далеко не факт, что их выбор падет не на местного породистого пса, а на бездомного «дворянина» из далекой России.

Впрочем, есть в Германии организации, охотно принимающие собак и кошек, и даже готовые платить за их доставку относительно солидное вознаграждение. Это медицинские центры и лаборатории, занимающиеся испытаниями новых лекарств, косметики и прочих товаров, безопасность которых для человека законодательство предписывает доказывать. По понятным причинам животные тут живут не слишком долго, и новые собачки у медиков в постоянном дефиците.

Конечно, российские зоозащитники осведомлены об этой опасности. Добросовестные активисты всегда заранее собирают досье на новых владельцев. Но, к сожалению, встречаются и такие, кто под видом благотворительности и заботы о животных просто зарабатывает деньги. В Рунете можно найти немало рассказов о таких «приютах», «фондах» и просто «сердобольных людях».

Зоозащитники регулярно рассылают своим сторонникам и волонтерам предупреждения о том, что собак из российских приютов европейцы забирают, чтобы тестировать на них косметику и лекарства. Волонтеры приютов оставляют в Сети такие записи: «Берут маленьких собак: они больше подходят для медицинских опытов. Еще берут рыжих, они в приоритете, так как идеально подходят для тестов красок для волос. У меня именно такую забрали. Когда я выставила черную — маленькую, хорошенькую — никто месяцами не спрашивал, а выставила вчера рыжую — уже заинтересовались. Почему?»

«Некоторые обращаются с просьбой отдать животных в семьи за рубеж. Куда конкретно, я даже не спрашиваю, потому что сразу отказываю. Я считаю, что если человек, в данном случае я, директор приюта, пристраивает животное куда-то в семью, его нужно отслеживать. Хотя бы контактировать с теми, кто взял животное. Фотографии — это одно. Условия, в которых будет жить животное, мне небезразличны. Никогда за рубеж не отдам», — говорит директор приюта для животных Людмила Бычкова.

Стоит отметить, что по количеству испытаний лекарств на животных в Европе лидирует Германия. Франция, Швейцария и Италия несколько отстают, но тоже практикуют подобные вещи. И именно в Германию и Швейцарию в основном отправляются из России четвероногие беспризорники, свидетельствует статистика Международного фонда защиты животных IFAW.

О судьбе по крайней мере некоторых из них можно судить по примеру Тумана — аляскинского маламута, «усыновленного», как сказали зоозащитникам, некоей жительницей Гамбурга. Некоторое время владельцам приюта, из которого Туман уехал за границу, удавалось отслеживать его судьбу — новые хозяева присылали фото и подробно рассказывали о его жизни. Но через несколько месяцев письма внезапно прекратились. Уговорами и чуть ли не угрозами от немцев удалось добиться признания, что Туман умер. У него, якобы, внезапно началась гангрена хвоста. «Если он сломал хвост в Германии и пошло заражение, то даже наша провинциальная ветеринария легко справилась бы с этой проблемой, — говорит руководитель центра „Любимец“ Марина Ковсман. — Вполне возможно, что его просто могли использовать в каких-то медицинских опытах».

Но вернемся к четырем собачкам, которых везла в Германию Карина Арабаджанц. Конечно, обвинять ее в соучастии в опытах на животных нет никаких оснований. Однако то, как отреагировали организаторы отправки Бэллы в Германию на известие о том, что собака не прибыла в Берлин, не может не вызвать определенных подозрений: сразу пошли разговоры о неустойке, о том, что «перевозчик должен возместить убытки». О каких убытках идет речь? Может быть, об упущенной прибыли? Ведь за здоровую собаку, пригодную для проведения над ней опытов, в Германии платят от 700 до 1000 евро за особь.

Громче всех переживали о пропавшей собаке Ирина Скворцова и ее коллеги по волонтерской группе МИРА. Впрочем, насколько можно судить, речь идет о полноценном бизнес-проекте по экспорту российских собак в Германию со всеми атрибутами коммерческого предприятия — оформлением документов, взаимозачетами, скидками и так далее. Возможно, когда в отлаженном механизме торговли собаками произошел сбой, «активисты» решили повесить неустойку на авиакомпанию, чтобы не платить ее самим.

По материалам «Свободной Прессы»

Источник: rosbalt.ru

Добавить комментарий